Название:
Город, в котором я могла бы остаться. Часть 2Добавлен:
09.03.2026 в 21:00Категории:
18 лет Романтика
щекочет ступни.
На кухне яичница уже была готова — желтки чуть поджарились по краям, помидоры пустили сок. Она выключила плиту, положила еду на тарелку, налила чай.
И только тогда услышала, как наверху открылась дверь ванной.
Кевин спускался по лестнице — волосы мокрые, полотенце на плечах, взгляд виноватый.
— Прости, Шэри… долго стоял под душем.
Она посмотрела на него — спокойно, без упрёка.
— Ничего страшного. Я уже… справилась.
Он замер на ступеньке, видимо, понял, что она сделала в саду. Щёки снова порозовели.
Шерон улыбнулась — тепло, по-сестрински.
— Иди завтракать. Яичница почти остыла.
Кевин кивнул и спустился.
А Шерон села за стол, взяла вилку и подумала:
«Да, всё изменилось. И это хорошо».
Она откусила кусочек яичницы и закрыла глаза от удовольствия.
Сегодня действительно будет хороший день.
Кевин уселся вслед за ней, волосы ещё влажные после душа, футболка прилипла к плечам. Он замер рассматривая сестру — и не смог сразу отвести взгляд.
Шерон обернулась — улыбнулась ему широко, легко, почти озорно, нисколько не стесняясь своего вида, и того что ее тонкая ночнушка была почти прозрачной от стирок и ветхости и уже ничего не скрывала, что должна была. Ни красивую грудь, ни камушки её напряженных сосков.
— Садись, Кев. Всё уже готово. Яичница почти остыла, но ещё вкусная.
Голос у неё был непривычно мягкий, с лёгкой иронией, как будто она подшучивает над собой и над всем миром одновременно. Кевин привык к другой Шерон — той, что утром бурчала "не трогай мою кружку", той, что отмахивалась от него коротким "отстань" или просто молчала, глядя в телефон. А сейчас она… светилась. Не ярко, не наигранно — просто была живой, настоящей, и это почему-то заставляло его щеки гореть.
Он сел за стол, стараясь не смотреть слишком пристально. Но было сложно.
Шерон поставила перед ним тарелку — аккуратно, почти заботливо. Когда она наклонилась, ткань ночнушки натянулась на груди, и Кевин невольно заметил, как проступают соски — твёрдые, маленькие, явно без лифчика. Он быстро отвёл взгляд, уставившись в яичницу, но сердце уже стучало чаще.
Потом она села напротив — просто села, без лишних движений, но ночнушка задралась чуть выше, и когда она устроилась поудобнее, ткань плотно обрисовала изгиб бедра. Кевин бросил короткий взгляд — и замер. Под ночнушкой ничего не было и снизу. Просто кожа, гладкая, чуть розоватая от утреннего тепла. Он почувствовал, как кровь приливает к лицу, а внизу живота становится тесно.
А на столе, недалеко от края, лежали свежие трусики — те самые, которые она только что достала из комода. Шерон не спешила их убрать. Она просто отодвинула их в сторону, ближе к краю стола, чтобы не мешали тарелкам, и продолжила есть, как будто это была самая обычная вещь на свете. Кевин знал: вчерашние трусики — те, в которых она была весь день, — сейчас в корзине с грязным бельём в ванной. А эти — чистые, приготовленные для нового дня. И тот факт, что она сидит перед ним без белья, а трусики лежат вот так, открыто, как будто нарочно, заставлял его горло сжиматься.
Он ковырял вилкой в тарелке, стараясь не смотреть на неё, но глаза сами возвращались.
Шерон ела спокойно, с удовольствием — откусывала, жевала медленно, иногда облизывала губы. Она была непривычно весёлой — не громко, не наигранно, а тихо, по-кошачьи довольной.
— Знаешь, Кев, я сегодня решила перекраситься в рыжий, — сказала она вдруг, глядя на него через стол. — Как раньше. Как бабушка любила. Буду настоящей Патрикеевной.
Кевин поднял глаза — и сразу пожалел. Она сидела чуть наклонившись вперёд, локти на столе, ночнушка натянулась на груди, соски проступали ещё
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Каменный мочевой пузырь